Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Биология»Содержание №4/2000

ЗООЛОГИЯ

Д.В. СЕМЕНОВ

Хвосты ящериц и их сородичей

Хорошо известно, что органы растений и животных выполняют, как правило, не одну, а несколько функций. Тому есть немало замечательных свидетельств. Вот, например, хвост ящерицы. Каждый знает, что в случае опасности ящерица может отбросить его, чтобы отвлечь внимание хищника.

Напомню читателю механизм этого удивительного явления, называемого аутотомия. В хвостовых позвонках, способных к аутотомии, есть неокостеневающие прослойки. В этих местах и происходит разрыв. Само отбрасывание осуществляется благодаря резкому рефлекторному сокращению хвостовых мускулов. При этом мускулы не только разрывают хвост, но и сразу перетягивают кровеносные сосуды, не допуская потери крови.

Отбрасывание хвоста иногда превращается в целое представление. У многих ящериц хвост ярко окрашен (у австралийских сцинковых ящериц из рода Morenthia хвосты рубиново-красные, а у вьетнамской невзрачно-серенькой Lipinia vittigerum хвост небесно-голубого цвета) либо они приподнимают его и совершают им различные движения (как, например, сцинковые гекконы, род Teratoscincus) – и все для того, чтобы привлечь внимание врага именно к этой, наименее ценной части своего тела. Отброшенный хвост долго причудливо извивается, а у некоторых видов еще и шуршит благодаря трению друг о друга крупных чешуй. Все это отвлекает хищника от самой ящерицы, которой тем временем удается скрыться. Вскоре, как всем известно, у нее начинает отрастать новый хвост (т.е. происходит его регенерация), и уже через каких-нибудь пару месяцев он будет почти неотличим от прежнего.

Казалось бы – счастливый конец. Но не все так просто. Во-первых, позвонки с необходимыми для аутотомии прослойками в новом хвосте не восстанавливаются и хвост уже нельзя будет отбросить в случае новой опасности. Во-вторых, отращивание нового хвоста отнимает у ящерицы немало жизненных сил, нередко ослабляет ее и снижает шансы на выживание. В-третьих, хвост все-таки предназначен не только для того, чтобы отбрасывать его в случае опасности.

Поэтому ящерица обычно всячески старается избежать аутотомии, приберегая ее на самый крайний случай. Если же дело все-таки доходит до этого, хвост очень редко обламывается у самого основания, – таким образом сохраняется возможность повторной аутотомии – за счет позвонков, сохранившихся в более высокой части хвоста.

Иногда случается и так, что ящерице, у которой процесс аутотомии уже начался, каким-то образом удается предотвратить полную утрату хвоста. Мышцы уже рефлекторно разорвали позвонок и хвост надломился, но потом рана зажила. Однако поскольку разрыв позвонка все-таки произошел, начался рост нового хвоста. И вот через короткое время в месте надлома появляется второй хвостик, сначала маленький, но затем догоняющий по длине первоначальный. Получается двухвостая ящерица – таких «монстров» изредка находят в природе.

Помимо аутотомии хвоста у некоторых ящериц, в частности у тех же сцинковых гекконов, может наблюдаться и гораздо менее известный процесс – аутотомия кожных покровов. Схваченная ящерица начинает бешено вращаться вокруг оси тела, при этом участки кожи в тех местах, за которые ее держат, легко отслаиваются и животное «выскальзывает» из них. Кожа остается врагу, ящерица же убегает. Интересно, что и в этом случае кровотечения почти нет, а утраченные покровы вскоре восстанавливаются.

Способность к аутотомии хвоста свойственна далеко не всем ящерицам. Хвосты отбрасывают сцинковые, гекконовые, настоящие ящерицы, а также веретеницы. Агамы и игуаны, хамелеоны и вараны в большинстве своем такой способностью не обладают. Не отбрасывают хвосты и другие пресмыкающиеся – змеи, крокодилы, гаттерии, черепахи. Почему же столь эффективное средство защиты не получило более широкого распространения?

Основная функция хвоста у пресмыкающихся – участие в движении. Как рыба без хвоста не сможет плавать, так и большинство пресмыкающихся не смогут без него нормально ползать. Пожалуй, только черепахи перемещаются без его участия. У всех же быстро бегающих и ползающих рептилий хвост играет роль и руля, и балансира, а у змей и безногих ящериц его волнообразные движения, продолжающие такие же движения туловища, создают силу, продвигающую животное вперед. А уж такие специализированные способы перемещения, как бег на задних лапах, прыжки с ветки на ветку или с камня на камень, плавание и ныряние, ползание на брюхе с поджатыми лапами, без хвоста просто невозможны. Многие древесные ящерицы и тем более змеи могут обвивать хвостом ветви, что здорово помогает им удерживаться в древесной кроне. У некоторых гекконов на кончике хвоста имеются чешуйки, преобразованные в цепкие подушечки (наподобие застежек-липучек), такие же, как на нижней стороне пальцев. С их помощью эти ящерицы удерживаются на ровных вертикальных поверхностях. На отрастающих после аутотомии хвостах эти подушечки восстанавливаются не полностью, следовательно, ухудшается и способность гекконов к лазанию.

Хвост важен для нормальной локомоции не только сам по себе, но и как место крепления некоторых ответственных мускулов задних конечностей, например бедренно-хвостового musculus caudifemoralis. Этот мускул, приводящий бедро, отходит несколькими головками главным образом от не подвергающихся аутотомии хвостовых позвонков. Однако у некоторых видов его задняя часть крепится настолько близко к тому месту, где аутотомия уже возможна, что может повреждаться при утрате хвоста. Понятно, что те виды, у которых аутотомии нет, никак не ограничены в развитии этого важного для бега мускула.

Не менее важное обстоятельство заключается в том, что хвост у многих ящериц – кладовая запасов питательных веществ, нередко в нем содержится более 50% всего накопленного жира. Поэтому, кстати, по упитанности и состоянию хвоста можно судить о здоровье и благополучии ящериц, как, впрочем, и многих змей или крокодилов. Утратив при аутотомии основную часть своих запасов, ящерица рискует не пережить очередной период бескормицы.

Североамериканская сцинцелла (Scincella laterale), отбросив хвост и скрывшись от хищника, возвращается затем на прежнее место, и если хищник хвостом пренебрег, поедает его сама! Не пропадать же добру!

У родственников этой ящерицы, сцинков рода Eumeces, хвосты детенышей и взрослых окрашены совершенно по-разному: у молоди они ярко-синие, а у взрослых не отличаются по цвету от окраски туловища. В раннем возрасте хвост еще не содержит больших запасов и легко восстанавливается, поэтому его утрата не очень существенна. Так что молодым сцинкам «выгодно» привлекать внимание охотящихся на них змей к ярко окрашенному хвосту (в экспериментах добычей змей бесхвостые детеныши сцинков становились в 6 раз чаще, чем хвостатые, спасавшиеся благодаря хвосту-приманке). Но для зрелого сцинка утрата хвоста – слишком дорогая потеря. Поэтому взрослые ящерицы хотя и сохраняют способность к аутотомии, «стремятся» эту возможность не использовать, а в первую очередь пытаются спастись другим способом – убежать или затаиться.

Немаловажное обстоятельство, которое следует иметь в виду, обсуждая значение хвостов у пресмыкающихся, заключается в том, что у самцов рептилий в основании хвоста спрятаны копулятивные органы. Конечно, в этой части хвоста позвонки даже способных к аутотомии ящериц не имеют неокостеневающих прослоек, и поэтому отбрасывание хвоста там, где располагаются половые органы, в принципе невозможно.

Относительно недавно выяснилось, что хвост играет немаловажную роль и в социальном поведении пресмыкающихся, особенно ящериц. У многих видов разнообразные движения хвоста являются своего рода сигналами, которые особи подают друг другу. Различные позы и движения хвоста несут информацию о поле, возрасте ящерицы, ее социальном статусе и физиологическом состоянии, о ее намерениях и даже ее настроении. Чтобы такие визуальные сигналы лучше «читались» издалека, хвост бывает окрашен контрастно (с верхней стороны – в один цвет, с нижней – в другой) или несет четкий рисунок (очень часто – черные поперечные полосы на ярко-белом фоне). У ящериц, змей, крокодилов хвост широко используется в брачном поведении и в турнирах самцов. Это особенно важно для змей, у которых хвост выполняет многие функции отсутствующих конечностей. Так, именно хвостом самец «обнимает» самку при спаривании. В недавних наблюдениях за поведением гремучей змеи Crotalus durissus terrificus было обнаружено, что самец-доминант, орудуя хвостом, может и разрывать «объятия» других самцов с самками – у этих змей происходит настоящая борьба хвостами, получившая название тейлреслинг (англ. teil – хвост), по аналогии с армреслингом.

Мало того, что бесхвостая рептилия утрачивает многие возможности для нормального взаимодействия с сородичами, она еще просто становится меньше по размерам. А у пресмыкающихся именно размеры определяют место животного в социальной иерархии – кто крупнее, тот и прав! Поэтому особи, лишившиеся хвоста или его части, становятся не только инвалидами, но и утрачивают возможность полноценного участия в общественной жизни. У них резко понижается социальный статус, более удачливые, сохранившие «хвостовое достоинство» сородичи изгоняют их с наилучших мест охоты и отдыха, не подпускают к самкам.

Пресмыкающиеся нередко используют хвосты и в разнообразных взаимоотношениях с другими животными. Например, крокодилы нередко сбивают крупную добычу с ног резким ударом мощного хвоста. Так же поступают и крупные ящерицы – вараны. Крокодилы и многие змеи используют хвост для мощного толчка при атаке. Более изощренным орудием становится хвост у некоторых ужеобразных змей, использующих его в качестве приманки для добычи: ярко окрашенный кончик хвоста червеобразно извивается, в то время как сама змея, сливаясь по окраске с окружающими предметами, лежит абсолютно неподвижно. Какая-нибудь любопытная пичуга подскакивает к трепещущей приманке и становится жертвой молниеносного броска.

Но самый необычный хвост среди змей, это, разумеется, хвост американских гремучих змей рода Crotalus. На нем имеется «погремушка», образующаяся из сохраняющихся после каждой линьки и висящих один над другим чехликов, покрывавших прежде кончик хвоста. У встревоженной змеи хвост вибрирует и «погремушка» громко трещит, предупреждая окружающих – мол, обойди стороной: и тебе, и мне будет лучше.

Среди австралийских гекконов рода Diplodactylus известно несколько видов, у которых на хвосте есть железы, выделяющие вязкую ядовитую жидкость с неприятным запахом. Предполагается, что она отпугивает врагов этих ящериц.

Размахивая ложной головой, резиновый удавчик прячет настоящую голову под кольцами туловища

Размахивая ложной головой, резиновый удавчик прячет настоящую голову под кольцами туловища

Поистине фантастическим на вид хвостом обладает австралийский листохвостый геккон (Phyllurus cornutus) – широким, плоским, очень причудливой формы. Широкие плоские хвосты встречаются и у ряда других древесных гекконов Австралии и Мадагаскара. Похожие формой и окраской на листья или куски коры, эти хвосты прекрасно маскируют своих обладателей, помогают им удерживаться на вертикальных поверхностях, и, по-видимому, используются при планирующих прыжках.

Хвост австралийского сцинка Trachydosaurus rugosus – довольно крупной, около 30 см ящерицы – составляет не более 1/5 общей длины. При этом он толстый, почти как туловище, и совсем не сужается, а просто закруглен на конце. Покрытый крупными чешуями-бугорками, такой хвост похож на сосновую шишку. Короткие толстые шипастые хвосты отличают и необычных ящериц-шипохвостов (Uromastyx), живущих в пустынях Африки и Азии. Эти ящерицы используют свои хвосты для защиты от змей. Спрятавшись в норе, шипохвост выставляет наружу защищенный шипами хвост, движения которого не подпускают змею ни к телу ящерицы, ни к ее норе. Такая особенность поведения шипохвостов используется аборигенами, ценящими гастрономические достоинства этих крупных ящериц. Охотник водит палочкой по сухой траве у входа в нору, шипохвост «думает», что это приползла змея, и немедленно выставляет из норы вибрирующий хвост, за который его и вытаскивают. Иногда, правда, хвост обрывается, но и его употребляют в пищу.

 

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru