Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Биология»Содержание №27/2001

БИОЛОГИЯ ДЛЯ МАЛЫШЕЙ

Т.Е.ЛУПАНОВА

Биологические сказки

Эта книга про двух братьев: старшего, Женю, и младшего, Тимошу. В их доме было много взрослых книг. Их покупал папа для того, чтобы когда-нибудь на досуге почитать. Но у него не хватало на это времени. Книги стал читать его старший сын и прочитал так много, что стал умным. Он теперь как учитель мог объяснить многие вещи. И в школу ходить ему стало еще интереснее – он и уроки учил, и рассказывал многое из того, о чем в книгах прочитал.
А Тимоша был еще маленький и в школу не ходил. Но он очень хотел быть таким же умным, как брат, и все время спрашивал его: что, как, почему. И Женя всегда подробно отвечал на вопросы брата.
То, что Женя рассказывал, собрано в этой книге. В ней есть смешное, интересное и умное. Обычно люди читают интересное и смешное без особого труда, а вот умное читать сложнее.
Большинство из ребят, которые ходят в школу, конечно, во многом разберутся. Ну а те, кто не все поймет, не должны расстраиваться: они совсем не зря потратили время, что-то новое непременно узнали.
Например, вы будете читать про аминокислоты — и многое будет для вас в диковинку. Зато вы будете знать, что аминокислоты имеют отношение к биологии, поскольку вы прочитали о них в книге «Биологические сказки». Таким образом, вы станете умнее и образованнее тех людей, которые думают, что аминокислота – это средство для мытья раковин.
Через несколько лет вы будете изучать биологию в школе. Но тогда это будут уже не сказки. И вам даже могут двойку поставить, если вы скажете, что аминокислота – это отрава для тараканов. Поэтому лучше готовиться заранее к изучению трудного, но интересного предмета.

Первая сказка

Однажды Тимоша и Женя сидели на диване и рассматривали книгу «Происхождение Земли». Книга была толстая и красивая.
– Тут на картинках изображено то, что было на Земле давным-давно, – сказал Женя, – когда нас с тобой на свете еще не было, и папы с мамой, и бабушки с дедушкой, и людей, и зверей, никого не было.
– А что же было?
– Ну давай посмотрим, что было.
Но сколько мальчики ни смотрели, они никак не могли понять, что же было на Земле давным-давно. Уж очень взрослая это была книга.
И тогда Женя сказал:
– Я придумал. Нам нужно построить машину времени.
– Здорово! – восхитился Тимоша. – А зачем?
– Мы полетим на много-много лет назад и увидим, что было, когда Земля была еще совсем молодой.
– Разве такие машины бывают? – удивился Тимоша.
– Конечно. Об этом во многих книжках написано. Сейчас мы ее сделаем.
Женя прочитал так много книг, что ему можно было верить.
Мальчики стали строить машину времени. Они положили на пол два стула и сделали стенки из кубиков. Женя принес из коробки разобранный радиоприемник и сказал, что это будет «электронное управление». Сверху они закрыли машину времени пледом и залезли внутрь.
Внутри машины было темно, но Женя зажег фонарик и осветил им пульт управления. Получилось как в настоящем корабле. Ребята нажали кнопку «ПУСК» и закричали:
– У-у-у! Р-р-р!
Машина времени плавно тронулась с места.
Через некоторое время Женя объявил:
– Приехали!
Мальчики выглянули в иллюминатор и увидели страшные бушующие волны. Они обрушивались на машину времени и грозили утопить ее. Даже Женя немножко испугался и закричал:
– Срочно взлетаем вверх!
Тимоша нажал кнопку, и машина взлетела. Но тут – ба-бах! – раздался страшный гром. Машина времени задрожала от сильного удара.
– Хорошо, что у машины такие крепкие стенки, – сказал Тимоша. – Смотри, в нее ударила молния.
– А небо-то какое! – подхватил Женя. – Все в тучах, кругом сверкают молнии, и дождь поливает.
– А от грома я прямо оглох, – прокричал Тимоша.
Дальше они летели молча, потому что в таком шуме разговаривать было невозможно. Вдруг Женя, вытянув руку, сказал:
– Впереди вулкан!
Мальчики затаили дыхание. Вдалеке, на маленьком острове посередине моря, горел громадный, до неба, костер. Это был вулкан.
Женя осторожно повернул руль, и машина времени подлетела к вулкану. Это была огромная гора с провалом на самой вершине. Из него вылетали огромные камни, тучи пепла и раскаленные брызги, а по склонам текли вниз огненные реки.

– Ну и дыра! – закричал Тимоша в восторге и ужасе.
– Эта дыра называется кратер, – тут же поправил его Женя.
Тимоша долго смотрел на кратер, потом что-то вспомнил и сказал:
– Вот один раз мама ушла, а мы с папой стали кашу варить. Она у нас из кастрюли полезла, как этот огонь из кратера.
– А эта огненная река называется лавой, – продолжал Женя. – Между прочим, это расплавленные камни.
– Кто это – расплавленные? – не понял Тимоша.
– Расплавленные – значит жидкие.
– Разве бывают жидкие камни? – удивился Тимоша. – Они твердые-претвердые. Даже говорят: «Твердый, как камень».
– На поверхности Земли не бывает, – согласился Женя, – но внутри вулкана такая жара, что камни тают в нем, как мороженое летом.
– А потом?
– А потом, когда жидких камней становится много, они выплескиваются наружу и текут вниз. А вон там, смотри, подальше внизу, лава застыла и почернела.
– Давай посмотрим поближе, – попросил Тимоша.
Машина времени осторожно приземлилась в стороне от вулкана, там, где огня уже не было. Мальчики вышли на серую поверхность.
– Женя, тут костер горел. Смотри, сколько пепла и углей.
Тимоша наклонился и поднял камушек:
– Ой, горячий! – отбросил он камень. Тот упал, пробил серую корку, и под ней показалась светящаяся дырочка. – Смотри, смотри, там огонь, – закричал малыш.
– Это лава еще не остыла, только сверху затвердела, как лед на луже.
Мальчики испугались – вдруг они провалятся в такую огненную лужу, и залезли обратно в машину времени.
– Женя, давай полетаем, поищем какую-нибудь полянку. Не нравятся мне эти вулканы и моря. Они страшные! Давай полетим куда-нибудь, где нет грозы, – попросил Тимоша.
Женя с сомнением покачал головой, однако согласился. Действительно, уж очень страшно было кругом: кипел вулкан, ревели волны, громыхал гром и сверкали молнии.
Женя взялся за штурвал и закричал:
– Лево руля! Полный вперед!
Они полетели высоко над Землей. Тимоша смотрел то вверх – нет ли солнца, то вниз – не мелькнет ли где полянка или роща.
Но видел он только бескрайний океан с огромными волнами и маленькие клочки суши – голые камни и скалы. Земля дрожала от бесчисленных извержений вулканов. И нигде-нигде не было ни травинки, ни деревца. Не летали птицы, не бегали звери, и во всем огромном океане мальчики не увидели ни одной рыбки.
Наконец Тимоша сказал:
– Женя, я вижу ровное место. Здесь нет никаких гор. Давай спустимся и побегаем, а то у меня ноги устали сидеть.
– Это ровное место называется равнина. Посадку разрешаю.
Но только он начал спуск, как земля внизу под ними задрожала и... треснула. Вместо ровного места оказалась глубокая пропасть.
– А-а-а! – испуганно заплакал Тимоша. – Женя, что это такое?
Женя был не только умный, но еще и смелый. Он быстро поднял машину времени вверх, в небо. Мальчики были спасены.
– Вот это землетрясение! – закричал он. – Ты видел, какое сильное землетрясение!
– Никогда не думал, что земля может трястись, – отвечал Тимоша, постепенно приходя в себя от испуга. – А если бы там дом какой-нибудь стоял? Или люди гуляли бы?
– Землетрясения бывают и в наши дни, – сказал Женя. – Тогда настоящие крепкие дома рушатся, словно они сделаны из детских кубиков. Рушатся дороги и мосты, могут и люди погибнуть. Землетрясение – это очень страшно и опасно.
– А часто они бывают? – поинтересовался Тимоша.
– Сейчас, когда мы с тобой живем, сильные и разрушительные бывают редко. А вот когда Земля была молодой, землетрясения происходили почти все время.
Тимоша со страхом увидел, как земля вдали снова раскололась.
– Что она все время трясется-то? – пробормотал он.
– Молодая, вот и трясется, – рассудил Женя. – Устраивается поудобнее. Дети ведь тоже всегда прыгают и скачут, а взрослые сидят на месте и шевелиться не желают. Например, заставь-ка нашего папу в пятнашки поиграть!
Мальчики засмеялись.
Тимоша взглянул вверх. Тучи рассеялись, и в небе горело яркое-яркое солнце. Такое же, как в его мире, на его Земле, где есть деревья и птицы и любимый город Санкт-Петербург.
– Женечка, – предложил он, – давай залезем на крышу машины времени и позагораем на таком добром солнышке.
– Ни в коем случае, – строго сказал Женя. – Это очень опасное солнце. Если под ним позагорать, то можно умереть.
– Почему? – удивился Тимоша. – Ведь оно такое яркое и чистое?!
– Потому что в воздухе нет еще защитного озонового слоя. Он появится позже, когда на Земле будет много растений, а в атмосфере, т.е. в воздухе, – много кислорода. А сейчас в воздухе одни ядовитые газы – метан и аммиак.
– Ничего не понимаю, – обиделся Тимоша.
– Это значит, – терпеливо объяснил Женя, – что если ты вылезешь позагорать, то сперва задохнешься, а потом сгоришь. Это тебе ясно?
– Это мне ясно, – ответил Тимоша. – Неясно только, сколько мы еще здесь летать будем. Здесь нет ничего, ну ничегошеньки хорошего, и я хочу к маме.
Женя не стал возражать:
– Приступаю к выполнению программы обратного полета. Пуск. Полетели!
Снова стало так темно, что пришлось включить фонарик. Наконец Женя объявил:
– Приехали.
Мальчики откинули одеяло и очутились у себя в комнате.

Вторая сказка

Вечером после ужина папа как всегда смотрел телевизор, а мама что-то шила в уголке. Женя доделал уроки, а Тимошины солдатики победили всех врагов. Вот тогда-то малыш и спросил у брата:
– Все-таки, Женя, я не понимаю, у нас сейчас такая красивая и хорошая Земля. А мы видели ужас какой-то. Откуда же все взялось – и трава, и мухи, и люди?
– Давай опять построим машину времени и слетаем посмотрим, – предложил Женя.
Честно говоря, Тимоше было немного страшновато отправляться в такое опасное путешествие снова, но он знал, что мальчики должны быть смелыми. Он пошел к маме и спросил:
– Мама, можно мы на машине времени полетаем?
Но мама сказала недовольно:
– Ну вот! Только я порядок в квартире навела. Нет уж, лучше посидите и почитайте что-нибудь.
Тимоша вернулся к Жене и радостно доложил:
– Мама летать не разрешает. Велела книги почитать.
Женя подошел к шкафу, где стояли умные книги, и взял самую толстую из них. Она называлась «Происхождение жизни на Земле».
– Вот сейчас мы посмотрим, что было в самом начале. Узнаем, как жизнь на Земле появилась.
Тимоша перевернул несколько страниц и закрыл книгу:
– Да ну ее, Жень, мы тут ничего не поймем: слова какие-то нерусские и трудные, значки непонятные. Давай не будем такую книгу читать.
Но Женя не только опасностей не боялся, ему и трудности были нипочем.
– Ничего, – сказал он. – Неси кубики, карандаши, пластилин и все трубочки, какие только найдешь.
Тимоша покопался в ящике с игрушками, нашел футляр от термометра, калейдоскоп, дуло от ружья и еще две какие-то трубочки, принес и спросил:
– А зачем нам это?
– Сделаем электронный микроскоп, – ответил ему брат. – Будем рассматривать молекулы и атомы.
– Это что за звери? – удивился Тимоша.
– Это не звери. Атомы – это кубики, из которых построен весь мир.
– Такие кубики, как у меня? – еще больше удивился Тимоша.
– Почти, – подтвердил Женя, – только очень, очень маленькие. Их даже в самый сильный микроскоп не видно. Микроскоп – это прибор.
– А что такое прибор?
– Приборами мы называем разные устройства, которые помогают ученым, – объяснил Женя. – Микроскоп – такое устройство, которое позволяет разглядывать разные мелкие вещи, которые простым глазом не увидишь.
– А в сильный микроскоп?
– А в сильный микроскоп можно разглядеть совсем крохотные предметы.
– А в электронный микроскоп? – не унимался Тимоша.
– А в электронный микроскоп можно разглядеть даже молекулы, если они большие.
– И атомы?
– В настоящий электронный микроскоп атомы увидеть нельзя. Но мы с тобой сделаем сказочный супер-пупер-электронный микроскоп и при суперувеличении увидим даже атомы.
– А при пупер-увеличении?
– А при пупер-увеличении увидим, из чего сделаны атомы.
А поскольку Жене немножко надоело отвечать на Тимошины вопросы, он сказал:
– Сейчас увидишь.
Мальчики долго и старательно соединяли трубочки. Наконец у них вышел замечательный сказочный супер-пупер-электронный микроскоп.
Женя отдал приказ:
– Внимание! Отправляемся в мир протонов и электронов! Даю пупер-увеличение. – Они приставили трубочки к глазам и увидели...
...Плотной кучкой лежали какие-то шарики, а вокруг них летали-мельтешили то ли облака, то ли горошинки. У Тимоши даже в глазах зарябило:
– Что это такое и что они носятся, как угорелые? – спросил он.
– Ты видишь атом, в центре – ядро, а вокруг ядра кружатся электроны. Им нельзя иначе, а то они упадут на ядро.
– На какое ядро?
– А вот видишь, куча шариков лежит. Это ядро. Эти шарики очень тяжелые, они называются протоны и нейтроны. А электроны, которые вокруг летают, – очень легкие. Но хоть они и легкие, им все равно нужно без остановки вокруг ядра летать, иначе они на него упадут.
– Жалко мне эти электроны, – посочувствовал Тимоша. – Знаешь, Женя, когда ты сказал, что из атомов-кубиков весь мир построен, я подумал, что меньше атомов ничего на свете не бывает. А оказалось, в этих атомах чего только нет: и протоны, и нейтроны, и электроны...
– Не ты один так думал, – успокоил брата Женя. – Даже само слово «атом» означает «неделимый». Люди только недавно узнали, что атом имеет сложное строение, что ядро притягивает электроны...
– А, знаю, знаю, – радостно закричал Тимоша. – Я так играл с магнитами. Они тоже притягиваются, правильно?
– Правильно, – подтвердил Женя.
Они снова стали смотреть в свой электронный микроскоп. Ядро лежало спокойно, а облачка-электроны вращались вокруг. Тимоша сказал:
– Женя, посмотри, одни облачка летают пониже, а другие – повыше, и они друг другу не мешают.
– Естественно, – важно кивнул Женя, – в мире атомов всегда порядок. Каждый электрон знает свой путь, по которому он летает. Этот путь называется орбитой. А если он со своей орбиты соскочит, то происходят великие события.
– Какие события?
– Разные превращения вещества. Они называются химическими реакциями. Химические реакции – это...
– Женя, – взмолился Тимоша, – у меня от умных слов сейчас голова лопнет. Мне, конечно, интересно, но давай поиграем во что-нибудь обыкновенное.
Тимоша оторвал глаза от микроскопа и сейчас же очутился у себя дома.
– Давай играть в магнитики! – предложил Тимоша.
Мальчики достали куски магнита и играли с ними до тех пор, пока не пришла пора ложиться спать.

Третья сказка

На другой день мальчики решили еще раз заглянуть в электронный сказочный супер-пупер-микроскоп.
– Женя, – спросил Тимоша брата, – вот я вижу: в одних атомах в ядрах по одному протону-шарику, а в других – по четыре, в третьих – еще больше, а есть совсем огромные. Это взрослые атомы и их дети, да?
– Нет, атомы не растут. Все атомы, у которых число протонов одинаково, сами одинаковы и составляют какой-то один элемент, сорт атомов. Это как ну сорт яблок, что ли. Атомов одного элемента много, а вот самих элементов довольно мало – всего-то около ста.
– А почему не больше?
– Если в ядре слишком много протонов, оно может развалиться. Сам знаешь, если построить домик из трех кубиков, то он стоит прочно. А если строить высокую башню, она так и норовит упасть и рассыпаться.
– Сто, я знаю, это немало, но и не так уж много, чтобы из ста элементов было сделано все-все на свете: и дома, и горы, и мы с тобой. Тем более что эти штучки, атомы, такие малюсенькие. Их ведь только в супер-пупер-электронный микроскоп видно.
Женя терпеливо объяснил:
– Ты, Тимоша, знаешь цифры?
– Конечно, знаю.
– Их много?
Тимоша даже засмеялся:
– Конечно, мало! Всего-навсего десять! Что ты детские вопросы задаешь?!
– А много ли ты можешь сосчитать этими цифрами?
– Хоть до бессчетного количества!
– Вот и мир устроен из одних и тех же цифр-атомов. Но у них там порядок очень строгий. Как только один протон в ядре прибавляется, так получается новый элемент. Если у элемента только один протон – значит это водород. Из него получается такой легкий газ, который папа приносил нам на праздник в воздушном шарике.
– Помню, помню, – закричал Тимоша. – Этот шарик к потолку улетел и там прилип. Значит, в нем водород был?
– Водород. Его обозначают буквой Н.
– Я знаю эту букву!
– Нет, не знаешь! Эта буква только похожа на русскую, а на самом деле она называется «аш».
– Аш, – старательно повторил Тимоша.
– Элемент водород очень любит со всеми дружить. Говоря по-научному, он – активный элемент.
Тимоша очень удивился:
– Женя, а как это атомы дружат?
– Когда атомы дружат, они соединяют свои электроны так, чтобы они стали общими. Эти атомы становятся неразлучными, везде ходят и летают вместе. Эти подружившиеся атомы называют молекулами.
– А «аш»-водород с кем дружит?
– Водород – очень активный элемент. Он один почти никогда не живет. Только и думает, с кем бы подружиться. Если уж совсем никого рядом нет, атомы водорода между собой дружить начинают. Соединяют свои электроны, словно ручки друг другу протягивают. Вот так: Н – Н. Получается молекула водорода: Н + Н --> Н2.
– А зачем ты двоечку внизу написал?
– Это знак, что молекула газа водорода состоит из двух одинаковых атомов.
Тимоша потер нос рукой и сказал:
– Ты мне такие трудности рассказываешь, что я, наверное, тоже скоро умным стану. Но я хотел бы посмотреть, правда ли атомы так дружат.
– Пожалуйста, – согласился Женя. – Включаю микроскоп.
Мальчики приставили к глазам трубки, которые Женя называл окулярами, и увидели такую картину. Везде прогуливались, летали, стояли атомы – маленькие, большие и совсем огромные. Почти совсем не было видно одиноких атомов. Они гуляли парами, втроем, целыми семьями и даже длинными паровозами. Словом, глаза разбегались.
– Вот эти группы атомов и называются молекулами, – объяснял Женя. – Если, например, соединятся водород и кислород, то получится...
– Я знаю – газ, – вставил Тимоша, довольный своей ученостью.
– И кислород тоже газ, но если их соединить вот так: два водорода и один кислород — 2Н + О --> Н2О, — то получится вода.
– Вода? – удивился Тимоша. – Но это же никакой не газ. Вода тяжелая, течет, ее пить можно. А газ – это то, что летает. Ты, Женя, опять шутишь надо мной.
Женя засмеялся и сказал:
– В химии много таких чудес. Химики из жидкой нефти сделали, например, твоих солдатиков.
Тимоша очень удивился, но решил поверить Жене. В конце концов чудес на свете видимо-невидимо.
– Умение атомов протягивать ручки и дружить называется валентностью. Вот, например, водород одновалентен, у него только одна ручка: Н–. А элемент кислород двухвалентен. Он пишется так – О.
– А читается? – хитро спросил Тимоша. – Тоже как-нибудь не по-нашему?
– Читается обыкновенно: «о». Но у него две ручки: –О–. И вот договорятся водород и кислород подружиться. Дают друг другу ручки и получается: Н–О–. А кому кислород вторую ручку даст?
– Пусть он еще с одним «аш»-водородом подружится!
– Правильно! Н–О–Н – получилась вода. Химики воду так и называют: «аш-два-о».
У Тимоши даже в носу защекотало от нетерпения:
– Женечка, мы атомы видели, молекулы видели. Давай посмотрим теперь, как они дружить договариваются.
Жене самому было интересно. Он сказал:
– Когда атомы договариваются дружить, это называется химической реакцией. Давай посмотрим химическую реакцию соединения кислорода с водородом! Внимание! Начинаю реакцию!.. А-а-а!

Они не успели ничего рассмотреть в свой электронный микроскоп. Видели только, как молекулы кислорода и водорода бросились навстречу друг другу, и все загремело и загрохотало.
Женя опомнился первым. Он приподнял голову и огляделся. Тимоша лежал, закрыв голову руками. Рядом валялись осколки сказочного супер-пупер-электронного микроскопа.
Дрожащей рукой Женя потрогал брата.
– Тимошенька, с тобой все в порядке?
Тимоша открыл лицо и оглядел комнату круглыми глазами.
– Ой, Женя, как я напугался! Что это было?
– У нас получился гремучий газ, – признался Женя. – Я забыл, что когда водород и кислород соединяются, по-другому называется реагируют, то всегда взрываются, и получается вода. Вот, смотри.
На полу среди обломков электронного микроскопа блестела лужица воды.
Тимоша с ужасом посмотрел на разгром и сказал:
– Женя, давай не будем больше в такие страшные игры играть. Ну ее, эту химию. Что-то я ее боюсь.
– Ну давай, – на редкость покорно согласился Женя. Ему самому было не по себе.
Тут вошла мама, посмотрела на беспорядок и сказала:
– Опять у вас все вверх тормашками. Ну-ка быстро все уберите, да воду не забудьте вытереть. Что это вы с водой на паркете вздумали играть?

Четвертая сказка

Когда Женя пришел из школы, Тимоша играл. Он строил из кубиков пирамиды и башни, потом брал один или несколько кубиков и бросал их в постройку. При этом он громко кричал:
– Реагируют со взрывом! – бросался на пол и закрывал голову руками. Потом осторожно приподнимался, смотрел, что осталось от башен, и, довольный, начинал все сначала.
Женя немного постоял, посмотрел, но, так ничего и не поняв, в конце концов спросил:
– Что это ты делаешь?
– Это – химическая реакция, – объяснил Тимоша. – Вот видишь, это – молекула. – Тимоша показал на пирамидку из кубиков. – А это – другая, – и он показал на пару кубиков, зажатых в кулаке. – Смотри: они реагируют со взрывом. – Тимоша бросил кубики в пирамидку и упал на пол.
– Ложись! – закричал он.
Женя грохнулся рядом и зажмурился. Полежал немного и решил встать. Тимоша был уже на ногах и показывал брату результаты:
– Смотри, вот одна молекула образовалась, а вот – другая.
Он показал на кубики, лежавшие на месте «реакции». В одном месте лежало два кубика рядом, а в другом – три.
– Здорово! – обрадовался Женя. – Давай вместе так играть!
Это была очень интересная игра. Дети устраивали реакции, пока не устали. Наконец они сели отдохнуть.
– Помнишь, Женя, мы летали на машине времени на молодую Землю. Там все-все было ядовитое: и солнце, и воздух, и вода. Ты сказал, что там много ядовитых газов. А сейчас их нет. Я думал, думал, куда же они делись, эти ядовитые газы, и знаешь, что я придумал? Наверное, они прореагировали со взрывом и стали чем-нибудь полезным. Правильно я догадался? – Тимоша чуть не лопался от гордости.
– Правильно, только не всегда со взрывом, чаще очень-очень медленно.
– И вот я думаю, думаю, думаю, – серьезно произнес Тимоша, – а во что же они, эти полезности, потом превратились? Ты знаешь?
– Эти ядовитые газы в конце концов превратились в живые существа.
– Женя, а разве так бывает, чтобы ядовитые газы превращались в живые существа? Объясни мне, как это может быть.
– Очень просто, – сказал Женя. – Помнишь, мы говорили про химические элементы?
– Помню, помню. Водород – «аш», кислород – «о»...
– Есть несколько химических элементов, без которых не было бы жизни. Из них построены очень важные молекулы – аминокислоты.
– Трудное слово!
– Трудное, да нужное. Аминокислоты – самые главные для жизни молекулы. В древнем безжизненном океане они были первыми признаками того, что когда-нибудь на Земле появится жизнь. Аминокислоты – молекулы жизни, но, конечно, это – не живые существа.
– А из чего сделаны эти самые а-ми-но-кис-ло-ты?
– Из тех химических элементов, без которых жизнь невозможна. Они называются биогенными элементами. В переводе это означает производящие жизнь.
– Наверное, их очень много, – рассудительно произнес Тимоша. – Жизнь – это сложная штука.
– Конечно, для жизни нужно много всяких химических элементов, но самых главных совсем немного: углерод – С, азот – N и наши знакомые водород – Н и кислород – О. На безжизненной древней Земле водорода и кислорода было очень много...

– В воде! – выпалил Тимоша. – Вода – это «аш-два-о».
– Ну, ты молодец! – восхищенно заметил Женя. – Скоро ты мне будешь все объяснять, а не я тебе. А теперь смотри. Вот формула ядовитого газа аммиака – NH3. А это формула другого ядовитого газа, метана – CH4.
– Так тут же одни биогенные элементы! – Тимоша обрадовался так, словно знакомых встретил. – Смотри, С – углерод, N – азот и наш любимый приятель водород!
– Но ты помнишь, – продолжал Женя, – какое солнце было тогда на Земле? Под ним нельзя было загорать, такое оно было злое, жестокое. Зато под таким солнцем хорошо шли химические реакции. Да и грозы с вулканами помогали. И в результате этих реакций чего только ни появлялось! В том числе и аминокислоты...
– Как это? – спросил Тимоша. – Я хотел бы посмотреть. Жаль, что наш супер-пупермикроскоп взорвался.
– А давай мы такую игру сделаем! Вырежем биогенные элементы, приделаем к ним ручки – валентности – и будем строить аминокислоты.
– Давай! – обрадовался Тимоша.
Они взяли картон, ножницы и маленькие гвоздики. Потом вырезали из картона красивые обозначения химических элементов: С, Н, О, N. Это означало: С – углерод, Н – водород, О – кислород и N – азот. Гвоздиками они прикрепили ручки-валентности так, чтобы эти ручки крутились в разные стороны и атомам было удобно протягивать их друг другу. Тимоша предложил:
– Пусть у них, как и у нас, будет по две ручки.
Но Женя возразил:
– Нет. У атомов разное количество протонов и электронов, разные свойства и разные валентности, у каждого – своя. Нам тут ничего придумывать нельзя. У водорода валентность – один, у кислорода – два, у азота – три, у углерода – четыре.
И братья сделали вот такие фигурки:

А потом они сидели и строили из них аминокислоты. Женя объяснил, что условие игры одно: в молекуле на одном конце должна быть группа –СООН, а на другом – группа –NН2, иначе это будет что угодно, только не аминокислота. Работа закипела. Мальчики настроили целую кучу молекул аминокислот. А потом весь вечер кроили и перекраивали их.
Чего только они ни построили! И длинных, как змеи, и узорчатых на весь стол, и маленьких, и кругленьких, и угловатых, словом, всяких. Женя сказал:
– Знаешь, вот так же работает и природа. Она когда-то, давным-давно, тоже придумывала, пробовала, строила и наконец выбрала двадцать самых лучших аминокислот. Вот они. Эти аминокислоты – основа всей жизни на Земле.

Пятая сказка

Когда Женя пришел из школы, он увидел, что Тимоша сидит на диване с умным видом и ковыряет в носу.
– О происхождении жизни думаешь? Это интересно. Давай помогу.
– Я думаю, – медленно сказал Тимоша, – что аминокислоты – это одно, а крокодил, например, – это совсем другое. Как же все-таки из аминокислот крокодил получается? Мне кажется, это довольно трудно.
– Да, – согласился Женя. – Во-первых, очень много аминокислот на крокодила нужно. Это ведь мы их только рисовали такими большими, а на самом деле они маленькие, их только в супер-пупер-электронный микроскоп увидеть можно. Даже в настоящий научный и то не видно. Они жили в древнем океане. В это время солнце, грозы и вулканы наделали очень много аминокислот из воды и ядовитых газов – метана и аммиака.
И вот плавали аминокислоты в океане и скучали. Подплывает одна к другой и говорит: «Давай дружить!» Поплавают, поболтают о том о сем. Другим аминокислотам завидно делается, подплывают к ним, говорят: «Возьмите нас в компанию!» Так и объединяются. Построятся аминокислоты в хоровод – произойдет реакция, и получается белок. Белок – основа жизни. Но один белок жить не может, да и уцелеть ему трудно – того и гляди в какую-нибудь химическую реакцию попадешь. Стараются белки вместе держаться, друг другу помогать и защищаться.
Ну а если белков, аминокислот и других молекул много-много собирается вместе, то такие объединения называются коацерватами. И вот уже в океане плавает маленькая капелька, ее можно было бы даже в обыкновенный микроскоп увидеть. А в этой капельке, как в домике, тысячи белков и аминокислот собрались, и вместе им хорошо.
– Здорово! – обрадовался Тимоша. – Как в теремке. И все друг другу помогают.
– Они друг друга защищают, а поодиночке могут погибнуть, – продолжал Женя.
– Я знаю почему, – вставил Тимоша, – из-за химических реакций.
– Конечно, ведь солнце жжет, вулканы извергаются, молнии сверкают, химические реакции идут все время, вещества распадаются и создаются, словом, ад кромешный. А жить-то все хотят! Вот эти шарики – коацерваты — как домики для белков. Представляешь, плещется океан, полный больших и маленьких коацерватов. Все они жить хотят, а чтобы жить – нужно кушать. Чтобы пищу найти – нужно двигаться. А кто не двигается и не ест, тот...
– Погибает, – догадался Тимоша.
– Правильно, а их остатки растаскивают и съедают другие коацерваты. Так они и жили, так и плавали, друг друга кушали. И самые большие, самые толстые коацерваты решили навести внутри себя порядок: одна часть коацервата стала заниматься тем, что ловила добычу на весь коацерват, другая часть разбирала добычу на кусочки и смотрела, что пригодится, а что нужно выбросить, третья – начала на всех вырабатывать энергию. Были внутри коацерватов белки, которые работали дворниками: они все ненужное из коацервата наружу выбрасывали. И так у них все здорово наладилось, что прямо не куча белков, а целая работающая фабрика получилась. Эти коацерваты – умные, толстые и довольные – на других свысока поглядывали. Еще бы – они жили лучше всех, плавали быстрее всех, кушали вкуснее всех. Белки в них были разные – для движения, для питания, для всего, что в жизни нужно. Плавали и приговаривали: «Кыш с дороги, а то проглочу!» Маленьким обыкновенным коацерватам это обидно было, вот они и дразнились, отбежав в сторонку:

Все равно развалитесь.
Навек не останетесь!

Большим умным коацерватам эти дразнилки обидными показались, тем более что они понимали: действительно, придет время, белки состарятся и вся эта замечательная фабрика развалится. И говорили умные коацерваты сами себе: «Думай, коацерват, думай, как сохранить такую красоту, такое богатство».
А вредные глупые коацерваты все дразнились:

Зря ты все хлопочешь –
Больно много хочешь!

– Дурацкие дразнилки, – думал Большой Коацерват. – Но что же мне делать? Я чувствую, как стареют мои белки. Скоро они уже не смогут так здорово работать, начнут ошибаться, я ослабею, и меня растащут на части другие коацерваты – вон их сколько плавает!
Действительно, океан кишмя кишел коацерватами. И каждый из них думал, как бы отщипнуть что-нибудь от соседа, в крайнем случае выхватить из-под носа какой-нибудь лакомый кусочек. Но недаром этот коацерват был самым умным. Знаешь, что он придумал?
– Что? – чуть слышно спросил Тимоша. Он сидел, приоткрыв рот, и увлеченно слушал странную и удивительную сказку.
– Он решил построить новые белки, точно такие же, какими были старые. Чтобы эти молодые белки работали точно так же, как старые, но быстрее, лучше, без ошибок, как старые в молодости. А когда они состарятся, можно было бы сделать новые белки, и так без конца.
– Здорово! – воскликнул Тимоша. – Гениально придумано! Ну и как, получилось у них?
– Еще как получилось – появилась клетка! – отозвался Женя. Он был рад так, словно это была его идея. – Со времен тех коацерватов все живые существа умеют создавать себе подобных.
– Женечка, – взмолился Тимоша дрожащим голосом, – ты все умеешь. Давай как-нибудь на это посмотрим!
– Ну, это элементарно, – важно произнес Женя. – Нужно только сделать фотоуменьшитель.
– А на что это похоже?
– Ты видел у папы фотоувеличитель, чтобы фотографии печатать? Он все увеличивает. А если его перевернуть наоборот, то получится фотоуменьшитель. Он нас уменьшит, и мы залезем в какую-нибудь клетку. Посмотрим, что там делается.
– В живую? Она что, бегает и решетками гремит?
– Не гремит, успокойся. Проще говоря, мы поймаем за хвост какого-нибудь микроба и залезем к нему внутрь.
– Микроб – это от которого все болезни? – Тимоше идея нравилась все меньше и меньше.

– Микроб – это такое малюсенькое существо, состоящее из одной клетки. Можно сказать, что он – прапрапраправнук тех самых коацерватов. Вот мы и посмотрим, как в нем все устроено. А болезни тут ни при чем. Вовсе не из-за всех микробов заболевают. Есть микробы вредные, а есть и очень полезные...
Это сообщение успокоило Тимошу, и он стал готовиться к новым приключениям. Но тут ребят позвали ужинать.

Шестая сказка

Был чудный день – воскресенье. Папа с мамой ушли по своим взрослым делам. Женя проснулся, рывком скинул одеяло и разбудил брата.
– Тащи скорее фотоувеличитель, пока никого нет!
– А вдруг папа узнает, что мы его без разрешения брали?
– Как он узнает? Мы поиграем и на место поставим, папа и не заметит.
– Раз нам из фотоувеличителя нужно сделать фотоуменьшитель, значит, и ставить его надо наоборот, вверх ногами, – сказал Тимоша.
– Правильно, – согласился Женя. – Переворачивай!
Но фотоувеличитель стоять вверх ногами не хотел. Пришлось подпереть его с двух сторон стульями.
– Готово! – произнес наконец Женя. – Включай.
Тимоша воткнул вилку в розетку. Внутри прибора загорелась лампочка.
– Вот видишь, такая щелочка под линзой, – показал Женя. – Сейчас мы туда залезем и уменьшимся.
Он протянул к щелочке руку и прижал к ней пальцы. Тут же раздалось гудение, как в пылесосе, и руку Жени стало засасывать в волшебную щель. Следом за рукой начал засасываться и весь Женя.
– Женя! Куда ты? – закричал в страхе Тимоша, хватаясь за брата.
Но уже ничего нельзя было сделать. Вслед за Женей коварный прибор втянул в себя и Тимошу. От страха и неожиданности мальчики зажмурились, а когда открыли глаза, то не узнали своей комнаты. Они были в каком-то другом, совсем неизвестном мире.
Они стояли, прижавшись к фотоуменьшителю, который высился за их спинами, словно гора, и с удивлением осматривались. А вокруг копошилось множество невиданных существ.
– Смотри, – показал Тимоша. Глаза его были совсем круглыми. Женя повернул голову и увидел, как мимо проползла сосиска с усами. Сверху, извиваясь, пролетело нечто, похожее на поезд.
– Кто это? Что это? – удивленно спросил малыш.
– Это микробы, – ответил Женя.
– Микробы же маленькие, – возразил Тимоша. – Такие маленькие, что их даже не видно. А эти какие-то огромные. Я их боюсь.
– Не бойся, – смело ответил Женя. – Если что, мы в фотоуменьшитель прыгнем: раз – и дома. А огромными они нам кажутся потому, что мы очень уж уменьшились.
Мальчики стояли и смотрели. Микробов вокруг было великое множество. Они были самые разные: длинные и короткие, толстые и плоские, с ножками, жгутиками, мохнатые, лысые. Были закрученные в спираль, полукруглые, как запятая, и квадратные. Одни ползали медленно и чинно, другие метались, как угорелые. Некоторые микробы спали. А были микробы, которые цеплялись за пылинки (огромные такие пылинки!) и порхали на них вверх и вниз. Дремали, болтали, щелкали семечки...
– Безобразие, – сказал Тимоша, – эти микробы семечки щелкают, а шелуху куда попало разбрасывают. Смотри, сколько грязи от этого.
– Вот поэтому люди и говорят, что от микробов много вреда... Знаешь что, – предложил он вдруг, – давай покатаемся на каком-нибудь хорошем микробе, посмотрим, как у них тут живут в микробьем царстве.
– Давай, – согласился Тимоша.
Как раз мимо пролетал большой мохнатый микроб. Женя скомандовал:
– Раз, два, три. Прыгай!
Мальчики вцепились в микроба. Потом забрались к нему на спину и удобно устроились там. Микроб медленно поплыл по воздуху. Братья резвились вовсю: сталкивались с пылинками, хватали встречных микробов за усы и за ножки, дразнили их, корчили рожи и даже приплясывали, стоя на своем необыкновенном коне.
Вдруг вспыхнул пронзительный голубой свет. Мальчики зажмурились, отвернулись, закрыли лица руками.
– Что это? – пискнул Тимоша.
– Не знаю, – растерянно отозвался Женя. – Ты только посмотри, что происходит?!
Один за другим микробы погибали: повисали, свесив лапки, или падали вниз комочками. Микроб, на котором сидели дети, тоже задергался в предсмертной судороге и стал падать.
– Держись! – закричал Женя. – Сейчас разобьемся! – и он схватил Тимошу за руку. Другой рукой ему удалось ухватиться за выступ пылинки, пролетавшей мимо них. Хорошо, что они были такие маленькие и почти ничего не весили – им удалось на ней удержаться. Сидя верхом, ребята наблюдали повальную гибель микробов.
– Я знаю, что это такое, – догадался наконец Женя. – Это мама бактерицидную лампу включила. Помнишь, она говорила, что эта лампа от микробов.
– Помню, – подтвердил Тимоша. – А я-то все думал, как это микробов лампой убивают. По голове их этой лампой бьют, что ли? Вот теперь увидел как.
Микробов вокруг оставалось все меньше и меньше, но зато стало заметно, как много вокруг пыли. Пылинки летали огромные, как валуны, как дома, как большие вагоны, сталкивались друг с другом и разлетались в разные стороны. Какая-то пылинка налетела на пылинку ребят, они закружились, как на карусели. Тимоша чуть не упал. Хорошо, что Женя успел его подхватить.
Наконец синий свет погас. Но тут же раздались страшный шум и вой. Мальчикам стало не по себе. Они испугались еще больше, когда увидели, что все пылинки выстроились рядами, как солдаты на параде, и помчались в одну сторону.
– Пылесос включили, – догадался Женя. – Надо спасаться.
Они пролетали мимо какой-то горы. Скорее всего, это был шкаф. Женя ухватился за выступ и втащил Тимошу на площадку с пещерой.
– Все-таки хорошо, что мы так уменьшились, – сказал он. – Теперь мы даже на гладком шкафу пещеру найти можем!
Тимоша промолчал. У него было другое мнение о том, хорошо или плохо, что они уменьшились до таких размеров, но он не хотел ссориться с братом.
Из укрытия мальчики наблюдали, как пылинки мчались мимо.
– Спасены! – пробормотал Женя. – Ну и мама, придумала, когда уборку делать! Чуть было нас в пылесос не засосала!
– Как бы она фотоуменьшитель не убрала, – вздохнул Тимоша. – Она так любит все убирать. А как мы тогда домой вернемся?
– Действительно, – ахнул Женя. – Давай-ка поищем его.
Но сколько они ни бегали, сколько ни искали, фотоуменьшителя им найти не удалось...

Продолжение следует

 

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru