Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Биология»Содержание №24/2003
На острие социальной эволюции: «Я» – «Мы» – «Они»

ОБЩАЯ БИОЛОГИЯ

Е.Н. ПАНОВ

Продолжение. См.  No 22, 23/2003 г.

На острие социальной эволюции:
«Я» – «Мы» – «Они»

Леви-Стросс, детально изучивший образ жизни кочующих групп, утверждает, что едва ли существует социальная структура более хрупкая и эфемерная, чем коллектив подобного рода. «Отдельные лица или целые семьи, – пишет ученый, – отделяются от группы и присоединяются к другой, имеющей лучшую репутацию. Та группа может или обильнее питаться (благодаря открытию ею новых территорий для охоты и собирательства), или быть более богатой украшениями и инструментами благодаря торговым обменам с соседями, или стать более могущественной вследствие победоносного военного похода».

Один из важнейших факторов, определяющих судьбу группы и, в конечном итоге, ее последующее процветание либо полное исчезновение, – это личные качества лидера того или иного коллектива. Леви-Стросс называет такого лидера «вождем», хотя тут же оговаривается, что тот не обладает, по существу, никакими властными полномочиями. Слово, которым у намбиквара обозначается вожак группы, буквально переводится как «тот, кто объединяет». Выбирая лидера (его пост не передается по наследству), индейцы преследуют цель создать жизнеспособный коллектив, но отнюдь не обременить себя централизованной властью. Мера ответственности и спектр обязанностей, ложащиеся на плечи лидера, во много раз превосходят причитающиеся ему привилегии – такие, как право иметь помимо одной жены несколько «дополнительных». В силу сказанного не столь уж редки случаи, когда мужчина категорически отказывается принять на себя роль «вождя».

«Главными качествами вождя в обществе намбиквара, – пишет Леви-Стросс, – являются авторитетность и способность внушать доверие. Тому, кто руководит группой в сухой голодный сезон, совершенно необходимы эти качества. В течение семи или восьми месяцев вождь полностью отвечает за группу. Он организует приготовление в дорогу, выбирает маршрут, определяет место и длительность стоянок. Он принимает решение об организации охоты, рыбной ловли, сбора растений и мелкой живности, он определяет поведение своей группы по отношению к соседним группам. Когда вождь группы оказывается одновременно вождем деревни (то есть места временного расположения на сезон дождей), его обязанности еще более расширяются. В таком случае он определяет начало и место оседлой жизни, руководит огородными работами и выбирает сельскохозяйственные культуры; в целом он направляет деятельность жителей деревни в зависимости от сезонных потребностей и возможностей».

Если вожак оказался в чем-то недальновиден и допустил оплошность, считается, что он сам и должен ее исправить. Как-то раз лидер группы, с которой странствовал Леви-Стросс, поддался на уговоры последнего и направил своих людей в длительный маршрут, необходимость которого совсем не была очевидна для других мужчин в группе. И в самом деле, индейцы заблудились, попав в местность, где трудно было раздобыть какое-либо пропитание. Вместо того, чтобы предпринять что-либо для поисков верного пути или добычи, индейцы мрачно улеглись на землю, предоставив самому вождю искать выход из создавшегося положения. Тот же, не долго раздумывая, отправился в сопровождении одной из трех своих жен в охотничью экскурсию. К вечеру парочка вернулась, нагруженная тяжелыми корзинами с кузнечиками, и индейцы, поужинав с аппетитом, вновь обрели оптимизм и веру в своего лидера.

Однако в том случае, если просчеты вождя следуют один за другим, недовольство его подопечных растет и семьи одна за другой начинают покидать группу. В такой ситуации может наступить момент, когда немногочисленные оставшиеся в группе мужчины уже не в состоянии защитить ее женскую половину от притязаний чужаков. И здесь у лидера остается лишь один выход – присоединиться к более многочисленной и преуспевающей группе и тем самым отказаться от своей роли вожака.

На фоне этого постоянно идущего процесса смены состава групп, распада прежних и возникновения новых единственной стабильной ячейкой в обществе намбиквара оказывается семейная пара со своими отпрысками. «Когда после неудачной охоты мужчина, молчаливый и усталый, возвращается в лагерь и бросает рядом с собой лук и стрелы, воспользоваться которыми ему на этот раз так и не пришлось, женщина извлекает из своей корзины трогательный набор: несколько оранжевых плодов пальмы бурити, двух крупных ядовитых пауков-птицеедов, нескольких ящериц и их крошечные яйца, летучую мышь, маленькие плоды пальмы бакаюва или уагуссу и горсть кузнечиков. Мякоть плодов пальм давят руками в наполненных водой колебасах, орехи колют камнем, животных и личинки вперемежку закапывают в золу. Потом вся семья весело истребляет этот обед, которого не хватило бы для утоления голода и одного европейца».

Чтобы завершить наше беглое знакомство с принципами социальной организации в обществе намбиквара, необходимо сказать несколько слов по поводу взаимоотношений их кочующих групп друг с другом. Прежде всего важно понимать, что на одной и той же территории могут одновременно кочевать группы, относящиеся к разным общинам. Такие группы не связаны друг с другом сетью родственных уз, а порой члены и той и другой даже говорят на существенно разных диалектах. В большинстве случаев в основе отношений между подобными группами лежит скрытый антагонизм, но, если одна из них либо обе находятся в состоянии депрессии из-за своей малочисленности, группы могут объединиться и породниться.

Однако взаимное недоверие между кочующими группами гораздо более характерно для намбиквара, нежели добрососедские или союзнические отношения. Каждый повод охотно используется, особенно если одна из групп осознает свою силу. Достаточным поводом для подготовки к военным действиям может стать монолог всего лишь одного разгневанного мужчины: «Эй... Идите сюда... Я рассержен... Я очень рассержен... Пошли... Стрелы!.. Большие стрелы!..» Если прочие члены группы склонны отреагировать на эти призывы, все мужчины раскрашивают свои тела красной краской, увешивают себя пучками пальмовой соломы и извлекают на свет шлемы из шкуры ягуаров. За этими приготовлениями следуют ритуальные танцы, после чего вождь прячет в кустах в окрестностях лагеря стрелу. Если она на следующий день будет найдена воинами и окажется вымазанной в крови, военный поход неизбежен. Нередко, правда, карательный отряд, исчерпав заряд ненависти к чужакам за время пути, возвращается обратно, не осуществив своих агрессивных замыслов. В противном случае не исключено кровопролитие, причем потерпевшая группа обычно даже не знает, по какой причине на нее свалилось несчастье.

Подобный тип социальной организации сегментарного общества, лишенного каких-либо институтов централизованной власти и управления, сохранился до наших дней у множества этносов с самыми различными формами примитивной экономики – охоты и собирательства, подсечно-огневого земледелия и отгонного скотоводства. При этом некоторые этносы полностью полагаются на какую-либо одну из этих трех стратегий жизнеобеспечения, тогда как другие практикуют разные их сочетания. Именно эти различия в сфере их экономики определяют характерные особенности социальной организации каждого такого этноса.

Скажем, бушмены, обитающие в южноафриканской пустыне Калахари, на протяжении всего года существуют только за счет охоты и собирательства. Группа родичей, включающая в себя обычно не более 30 человек, переносит свой лагерь на новое место каждый раз после того, как скудные запасы пропитания на данном участке оказываются исчерпанными. Иными словами, общая картина организации общества у бушменов чрезвычайно близка к тому, что мы видели у намбиквара в период отсутствия дождей.

Основу хозяйства индейцев яноама, населяющих дождевые тропические леса Венесуэлы и Северной Бразилии, основное место занимает подсечно-огневое земледелие, по своему характеру также во многом сходное с тем, что практикуется намбиквара в сезон дождей. И хотя и яноама значительную часть пропитания добывают средствами охоты и собирательства, основной способ их производства диктует этим индейцам необходимость в оседлом образе жизни. В результате автономным сегментом общества в этом этносе оказывается благоустроенная деревня (шапуно), состоящая из нескольких основательно выстроенных «домов»» с висящими в них гамаками. Деревня от деревни отстоит на 20–30 км, а то и больше. Относительная стабильность ресурсов питания позволяет увеличить численность социальной ячейки по сравнению с максимально допустимой для охотников и собирателей. Население отдельных деревень у яноама достигает иногда 250 человек, хотя в большинстве случаев оно приближается к 80–100 душам, считая взрослых и детей. Совершенно аналогичную картину мы обнаруживаем в тысячах километров от бразильской сельвы, – например, у лесных земледельцев кисси в джунглях экваториальной Африки или у папуасов Берега Маклая на о. Новая Гвинея. Так, описанная в 70-х гг. XIX в. Н.Н. Миклухо-Маклаем деревня Бонгу состояла из 9 «кварталов» с 9–15 строениями в каждом и давала приют 30 семьям (76 человек, не считая детей).

Способы существования нуэров – скотоводческого народа, населяющего саванны Западной Африки, может вызвать у читателя некоторые ассоциации с образом жизни намбиквара – в том смысле, что у обоих этих этносов год четко распадается на два периода – оседлости и кочевок. Однако у нуэров стабильным сегментом общества неизменно остается благоустроенная деревня, состоящая подчас из множества рассредоточенных «усадеб» и насчитывающая в разных случаях от 50 до нескольких сотен жителей. Дождливый сезон, длящийся с апреля по ноябрь, нуэры проводят в деревнях, занимаясь в это время, подобно намбиквара, земледелием. На территории своей усадьбы каждая семья разводит сорго, идущее затем на приготовление пива, кукурузу, бобы, тыквы и табак. Но с наступлением сухого сезона нуэры перегоняют свои стада крупного рогатого скота в места с более богатым травостоем, и здесь возникают временные лагеря, жителями которых нередко оказываются люди из разных деревень. Выпасом скота в сухой сезон занимается главным образом молодежь, тогда как старики и дети продолжают жить в деревне, оставляя у себя лишь нескольких дойных коров.

Однако до сих пор речь шла в основном о той стороне социальной организации сегментных обществ, которая может быть названа территориальной, или пространственной, структурой. Например, у нуэров социальной ячейкой минимального уровня оказывается женщина со своими детьми, занимающая, как правило, отдельную хижину, в которой иногда живет и ее муж. В последнем случае перед нами так называемая малая, или нуклеарная (от слова нуклеус – ядро), семья. Несколько хижин, составляющих вкупе усадьбу либо хутор, населяет группа близких родичей (например, несколько братьев с их моногамными либо полигамными семьями). Такую группировку обычно называют «большой семьей». Сосредоточенные в одном месте усадьбы образуют деревню. Жители деревень, расположенных в определенном секторе страны нуэров, считают себя членами единства, обозначаемого этнографами в качестве отдела племени. Девять крупных племен и целый ряд более мелких формируют этнос нат (так называют себя сами нуэры), насчитывавший в первой трети нашего столетия около 200 тысяч человек.

Продолжение следует

 

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru