Главная страница «Первого сентября»Главная страница журнала «Биология»Содержание №32/2004
Шимпанзе в зоопарке

ЗООЛОГИЯ

В.А. ОСТАПЕНКО

Шимпанзе в зоопарке

Шимпанзе обыкновенный

Шимпанзе обыкновенный

До того, как я стал работать в Риядском зоопарке (Объединенные Арабские Эмираты), общаться с шимпанзе мне почти не доводилось. Московский зоопарк в конце 1970–1980-х гг. содержал из человекообразных только орангутанов и горилл, а для шимпанзе, как более обычного вида приматов, ни в старом, ни в новом обезьяннике не было места.

Я видел небольшие группы шимпанзе только в других зоопарках нашей страны и в Европе. Запомнился взрослый самец из Ленинградского зоопарка, которого содержали в небольшом помещении вместе с двумя самками. Он иногда приходил в ярость, бурно реагируя на присутствие рядом с его «апартаментами» какого-нибудь незнакомого мужчины. Выражалось это в истерических воплях и «крушении» подручными средствами (миской или палкой, а порой и рукой) решеток и полки в его клетке. Бедные самки при таком взрыве эмоций главы их семейства в ужасе замирали. Подобным образом вели себя и другие самцы, что видимо и останавливало сотрудников Московского зоопарка, которым более импонировали спокойные орангутаны и мрачные гориллы.

Однако в довоенные и послевоенные годы в Московском зоопарке содержали шимпанзе. Так самец по кличке Парис родился в 1931 г., пережил военные годы и умер в возрасте 32 лет. А это по меркам шимпанзе – глубокая старость. В свои молодые годы он был опасен, и в клетку к нему никто не заходил. Этого самца часто вспоминают в публикациях о Московском зоопарке, поскольку за ним наблюдала известный зоопсихолог Надежда Николаевна Ладыгина-Котс. Сообразительность Париса была просто удивительной. В свое время его приучили подавать руку для инъекций лекарственных препаратов. И вот, когда Парис стал старым и немощным и после перенесенного инсульта с трудом передвигался по клетке, каждый раз, увидев ветеринарного врача в халате, он подползал к решетке и протягивал руку, прося о помощи.

Вместе с ним обитали несколько самок. Одна из них, Красавица, родилась в 1946 г., а в 1949 г. появилась в Московском зоопарке. В молодости, до 8-летнего возраста, она подпускала к себе людей, но затем начала представлять опасность, и к ней в клетку тоже перестали заходить, продолжая общаться через решетку.

В те трудные для страны послевоенные годы люди во многом себе отказывали, но дневной рацион обезьян был очень разнообразен.

Хлеб белый – 500 г.
Картофель вареный и овощи – 1,5 кг.
Сухари – 50 г.
Каша – 300 г.
Орехи и подсолнечник – 50 г.
Фрукты – 800 г.
Капуста – 500 г.
Лук – 150 г.
Масло сливочное – 350 г.
Сахар – 150 г.
Молоко – 1,5 л.

Соль, дрожжи, яйца, свежие овощи, ягоды, фрукты – периодически.
Летом трава и, особенно, одуванчики, которые шимпанзе особенно любят.

Шимпанзе карликовый (самка с детенышем)

Шимпанзе карликовый (самка с детенышем)

В Риядском зоопарке на первых порах я так же недоверчиво относился к шимпанзе, но со временем проникся глубокой симпатией и интересом к этому виду. Надо заметить, что шимпанзе – генетически самый близкий к человеку примат. Различают два вида шимпанзе – обыкновенный (Pan troglodytes) и карликовый (Pan paniscus), или «бонобо». Исследования генетиков показали, что у человека и шимпанзе около 99% идентичных генов, и лишь 1% генов выделяет человека из группы человекообразных обезьян. Этот факт позволил современным систематикам отнести шимпанзе и человека к одному и тому же подсемейству Hominidae. Как оказалось, бонобо – самый близкий наш родственник из царства животных. Генетически он ближе к предковым формам шимпанзе и человека.

Помимо генетических, существует множество других доказательств нашего родства с приматами и, особенно, с человекообразными обезьянами. Например, множество одинаковых болезней, паразитов. Обезьяны в зоопарках часто болеют гриппом, воспалением легких, у них бывают сходные с нашими заболевания глаз, верхних дыхательных путей, печени, почек, сердца. Нередко обезьянам от людей передаются такие инфекции, к которым у них нет резистентности (устойчивости), и животные просто погибают. Но есть и собственно обезьяньи болезни, часто опасные для человека. Поэтому в современных зоопарках шимпанзе и других человекообразных содержат либо за витринным стеклом, либо на большом расстоянии от людей – за рвом, наполненным водой или на островах на искусственных прудах.

В природе шимпанзе всеядны и употребляют как корма животного происхождения, так и растения в виде молодых побегов, листьев, семян, плодов и цветов. В отличие от своих ближайших родственников – горилл, которые слывут заядлыми вегетарианцами, шимпанзе не прочь поохотиться на более слабых, чем они, животных. Их жертвами становятся не только птенцы, ящерицы, грызуны, но и мелкие копытные, такие как дукеры и дик-дики, телята газелей, а также мартышки, колобусы, и даже детеныши шимпанзе из других семейных групп. Правда, каннибализм присущ только некоторым самцам. Они сообща организовывают облавные охоты на мартышек и других животных.

В неволе шимпанзе быстро перенимают у людей вредные привычки. Такие истинно «человеческие» пороки, как курение и пьянство, для них не редкость. В Ялтинском зоопарке, например, и сейчас живет самец шимпанзе, которого директор и владелец зоопарка О.А. Зубков, приобретя с рук, с трудом отучил от пьянства. Теперь лишь иногда они выпивают вдвоем по бутылочке пива, сидя рядом за столом внутри вольеры. О некогда любимой водке этому представителю приматов пришлось забыть навсегда, хотя далось это директору нелегко.

Шимпанзе ходят, опираясь не на всю ступню, а на ее наружный край, а также на тыльную сторону рук. Элементы ходьбы можно наблюдать и в зоопарке, особенно там, где есть крупные вольеры. В этом смысле Риядский зоопарк выгодно отличается от многих других. К моменту моего приезда там содержалось 11 особей этого вида.

В «шимпанзятнике», включающем четыре внутренние клетки и большую наружную вольеру, отгороженную от посетителей рвом с водой, жило две группы по три шимпанзе. В каждой – один самец и две самки. Помимо этих шимпанзе, которые были вполне взрослыми, а двое – даже преклонного возраста, имелось еще пять совсем молодых животных – три самца и две самки 5–6 лет от роду. Они содержались отдельно, в большой сетчатой вольере. Буквально на глазах они взрослели, становились сильными и неоднократно пробовали на прочность свою вольеру. Заделывая в очередной раз дыру или заваривая металлическую конструкцию, техники предупреждали, что в конце концов шимпанзята все-таки выберутся из вольеры наружу. Этого никак нельзя было допустить, и мы решили перевести животных на территорию «шимпанзятника», где содержались взрослые обезьяны. Там с техникой безопасности было проще.

Перед нами стояла задача объединения шимпанзе в две группы, которые можно было бы выпускать по очереди в открытую вольеру. Это позволило бы посетителям наблюдать разных животных в разные дни посещения зоопарка, а самим обезьянам дало бы возможность регулярно совершать моцион на свежем воздухе под лучами солнца, что немаловажно для здоровья. Я надеялся, что в дальнейшем шимпанзе станут нормально размножаться.

Но как начать соединение животных? Не повлечет ли оно нежелательного травматизма или, хуже того, убийства одних животных другими? Да, риск был. Поэтому я решил посоветоваться с заведующей отделом приматов Московского зоопарка Варварой Мешик. Ответ на мой факс не заставил себя ждать. Варя напомнила мне, что в природе бывают случаи, когда самцы убивают детенышей из других семей. В то же время она писала о терпимости шимпанзе друг к другу, и о том, что в зоопарках часто содержат группы, состоящие из нескольких взрослых самцов и самок. Оказывается, самцы шимпанзе более терпимы к особям своего пола, чем другие виды обезьян.

Опасаясь все же агрессивной реакции взрослых самцов друг на друга, мы решили начать с формирования группы из более молодого самца по кличке Бобой и четырех самок. Две из них уже составляли с ним многолетнюю семью. Я надеялся, что он заинтересуется новыми самками, если они появятся в его группе.

Другая группа состояла из самца по кличке Барок и самок Стелы и Джулии. Бароку и Стеле было по 20 лет, они уже имели серебристую (с сединой) шерсть и, несомненно, составляли семейную пару. Однако сексуального поведения у них я не наблюдал. Джулия, которой минуло 16 лет, отличалась очень густой черной шерстью и мощным телосложением. Она занимала в группе подчиненное положение.

Соединять шимпанзе мы решили постепенно. Начали с того, что рано утром, еще до выпуска животных в открытую вольеру, разложили там несколько пучков зеленых ветвей мелколистного фикуса. Предполагалось, что, отвлекшись на них, обезьяны будут не столь агрессивно реагировать на появление чужака. Для этой же цели в вольеру поместили некоторые корма. Далее цитирую свой дневник.

«В 8.15 утра выпустили группу шимпанзе, состоящую из 10-летнего самца Бобоя и самок Нэнси и Анны. Дали им несколько минут освоиться. В 8.20 выпустили к ним Джулию. Она по своей комплекции превосходит всех членов молодой группы. Выскочив из внутреннего помещения через подъемную дверцу-шибер, она пробежала на двух ногах по всему вольеру, как человек, взметнув по дороге рукой вверх ветки. Это была явная демонстрация силы. После чего Джулия забралась на самый верх конструкции из бревен, находившейся в центре вольеры, и стала озираться по сторонам. При ее появлении обе самки громко закричали, но Анна причитала и охала громче всех. Судя по состоянию гениталий (наружных половых органов), и Анна, и Джулия находятся в эструсе (состояние течки). Вероятно, Анна почувствовала в Джулии потенциальную соперницу. Джулия, увидев Нэнси, восседающую на крупных камнях, где был рассыпан корм, тут же прогнала ее и устроилась там сама. К ней вплотную приблизился Бобой, и они в упор несколько секунд смотрели друг на друга. После этого Бобой отошел в сторону. В 8.21 произошел первый дружеский контакт Джулии и Нэнси. Обе взаимно обнюхали гениталии, удостоверившись, что соперницами в данный момент не являются. Еще через минуту произошел положительный контакт Джулии с Бобоем, но Анна пока боится новенькую. Она уступила ей место на дереве, опасливо отойдя в сторону. Кричать, правда, прекратила. В 8.23 Бобой зашел во внутреннее помещение, Джулия с Нэнси последовали за ним и заглянули внутрь. Затем все расселись в 2–3-х метрах друг от друга на деревьях. Анна начала есть и успокоилась. Джулия заняла самую верхнюю точку на деревьях. Посидев с минуту, она спустилась на землю, где к кормам сошлись все три самки.

Вдруг у Бобоя началась истерика. Он пробежался по всему вольеру и с силой стукнул рукой в одну из закрытых дверей-шиберов, за которой во внутреннем помещении сидели Барок и Стела. Это выглядело как угроза невидимому противнику. Вспышка гнева сменилась полным спокойствием. В 8.25 произошел первый тесный положительный контакт Джулии и Анны. Обе самки, сидя на дереве, трогают друг друга вполне дружелюбно. В 8.30 Джулия и Нэнси вместе сидят на куче веток, а потом втроем – с Бобоем – забрались на камень, где рассыпаны фрукты. В 8.33 Джулия «ищет блох» у Нэнси на спине, перебирая ее шерсть пальцами. Перед этим самки взаимно обнюхали гениталии. Начали бороться, тягая друг друга за руки и хватая за бока. У подошедшей Анны Джулия осмотрела голову в поисках возможных паразитов, после чего Анна мирно удалилась. В 8.36 к Джулии подошел Бобой и в упор, сверху посмотрел на нее. Джулия его явно побаивается. Она легла на живот, приняв позу готовности к спариванию. Но Бобой, приняв это за позу подчинения (собственно, так и было), гордо удалился. В 8.41 все три самки сидят на зеленых ветках и обнюхивают гениталии друг у друга. В 8.45 произошла вспышка агрессии у Джулии, но Бобой тут же навел порядок, пройдя вокруг нее с грозным видом. Шерсть на его спине топорщилась, что зрительно увеличивало размеры тела. Больше агрессивных действий я не видел. Бобой периодически подходил то к одной, то к другой самке, обнюхивая их лица. К 9 ч утра солнце поднялось настолько высоко, что жара начала одолевать животных. Они расположились в тенистой части вольеры, где Бобой сидел в глубокомысленной позе с веткой в зубах, а все три «дамы» расположились рядом с ним. Передо мной была картина полной идиллии. Бобой и Нэнси сидят спинами друг к другу, а рядом, лицом вверх лежит на земле Джулия. В течение дня и до самого вечера животные вели себя мирно. Лишь изредка Бобой с воплем пробегал по вольеру и хлопал рукой закрытый шибер, а самки при этом громко кричали и забирались на конструкции из сложенных стволов деревьев. Но проходила истерика самца так же быстро, как и начиналась, и все животные успокаивались».

В тот день к 17–18 ч в зоопарке собралось много посетителей, которые кричали, улюлюкали, бросали шимпанзе пакеты с попкорном, пачки от сигарет и жевательных резинок, пластмассовые бутылки из-под пепси-колы и пластмассовые стаканы для воды. Поставленный рядом с вольерами обезьян охранник ничего не мог сделать, он лишь с важным видом подходил то к одной, то к другой группе людей, урезонивая их.

Спустя пять дней, за которые группа из четырех шимпанзе консолидировалась, мы продолжили соединение животных. Теперь на очереди была Стела. Привожу мой репортаж за первые два часа наблюдений.

«В 8.00 утра положили ветки акации в вольеру. Четверка обезьян хорошо реагирует на них, животные носят их по вольере, сгрызают кору, устраивают из ветвей гнезда. В 8.00 открыли дверцу-шибер и выпустили Стелу. Она, озираясь по сторонам и пугаясь, с криком пробежала по вольере. Обезьяны испытали кратковременный шок. Но уже через две минуты к Стеле подбежала Нэнси, и они обнялись. Еще через минуту произошел контакт с Джулией. Они узнали друг друга. Больше всех волнуется и кричит Анна. Далее произошло удивительное. Стела подставила зад Джулии, чем признала ее доминирование над собой в этой ситуации. А ведь раньше, в группе с Бароком, Стела доминировала, пользуясь покровительством самца. Здесь же нужно было рассчитывать только на свои силы. Бобой за прошедшие пять минут трижды обежал вольеру с криками и демонстрацией собственной силы. Он на бегу с размаху рукой бил в закрытую дверь шибера, за которой был другой самец – Барок. К новой самке Бобой отнесся спокойно. Между собой самки быстро нашли общий язык. В 8.11 Анна и Стела вместе зашли внутрь обезьянника. Вышли. А через минуту Стела позволила себе агрессивную выходку по отношению к Бобою. Подбежав незамеченная сзади, она стукнула его по спине. Он немедленно отпугнул ее, но не проявил дальнейшей агрессии. В течение полутора часов еще трижды Стела сама и вместе с Джулией нападали на Бобоя».

Самки скооперировались в память о прошлой их группе и подстрекаемые звуками, доносившимися из клетки Барока. Дважды они выгоняли Бобоя из внутреннего помещения, где были рассыпаны корма. Он, обиженный, усаживался в центре вольеры у бревенчатых конструкций, но сам не нападал на самок. Несколько раз его защищала Анна, нападая на Стелу.

Постепенно, позавтракав во внутреннем помещении, шимпанзе занялись своими делами. Стела строит гнездо из веток. В ее отсутствие гнездом занимается Анна. Стало жарко. Чтобы охладиться, я принес из киоска стакан с пепси-колой, закрытый крышкой, через которую продета трубочка. Успел отхлебнуть лишь глоток, когда мной заинтересовалась Джулия. Она протянула в мою сторону руку, выпрашивая вкусную воду. Пришлось бросить ей стакан через ров. Джулия мастерски его поймала, не пролив ни капли, и пошла в тень попить. К ней подошла Стела и стала заглядывать ей в лицо умоляющими глазами, но Джулия осталась равнодушной к немым просьбам подруги и допила пепси сама. Стела подошла ко рву и требовательно протянула руку к наблюдавшим за ней служителям. Те никак не среагировали на это. Тогда Стела постучала указательным пальцем себя по лбу, как будто взывая к разуму окружавших вольеру людей, и вновь протянула руку. Этому жесту ее, несомненно, обучил кто-то из людей. Кроме нее так же мог делать Барок. И этот жест, как правило, давал желаемый результат, – редко кто из посетителей мог устоять против неожиданного и вполне обоснованного требования угощений.

Позже агрессии между шимпанзе мы не наблюдали. В группе среди самок образовались иерархические отношения в следующем порядке (по убыванию): Джулия, Стела, Нэнси, Анна.

Продолжение следует

 

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru